ИНТЕРВЬЮ
«Мы движемся в правильном направлении»
23.10.2017
0
Просмотров:
418
КОММЕНТАРИИ
Кака у нас властюшка! Один другого краше. Сожрать друг друга готовы.
03.10.2018
Как видно из материала, автор общался с главой администрации района напрямую. Евгений Ларин подтвердил и дополнил сведения, полученные от депутата Юрия Корнеева. Финансовые нарушения? Опубликуйте их в нашей газете, чтобы всем было ясно, что они из себя представляют, какой нанесли ущерб бюджету района и т.д. Вы, Лариса Назарова, как депутат, выбранный народом, получившая мандат доверия, просто обязаны делиться с людьми сведениями, чтобы мы могли на их основании принимать решение - нормально депутат исполняет свои обязанности, или сидит на этом месте за какие-то преференции. Может быть, у вас есть какой-то интерес в этом деле? Или вам уже давно пора уйти в отставку?
28.05.2018
Бред какой-то
24.05.2018
Ирина
ОПРОС
No polls available at this time.

Горы разных сторон света Истории из моих и не только походов

Автор:

28.11.2017
Комментариев: 0
Просмотров: 204

Картинка

Вернувшись с Крайнего Севера Виктор Золотарёв решил изучить окрестности Приангарья и тут уж наконец съездить к подножию окрестных гор. До того пожил на севере Якутии-- у Ледового океана

Первая же встреченная в предгорьях туристка спросил его, видя его внешний городской вид: А вы куда собрались? Он говорит -- да посмотреть на Мунку-Сардык. Она на это мне: вот дойдёте до ближайшего озерца Эхой - с него то уж Мунку-Сардык виден, но потом сразу же бегите быстро назад...  А мужики за ней следом шедшие в прекрасной экипировке, прошли мимо меня как уже пустого места. Только забрался на кромку этого озера Эхоя, а оно всё же на высоте свыше 2600 м и успев от красоты ахнуть, обратив внимание на количество белого искрящегося снега, как пришёл зарядец мощной тучечки и... повалил стеной снег! Холодный пронизывающий ветер пробирал до костей, а то был август месяц и на предгорьях было жарко даже в летней рубашке. Но поскольку закалка у меня была северная-рубашку там скинул, свитер одел на голое тело, а её сверху, чтоб от шкального ледяного ветра спасала, целлофановые пакеты натянул на руки... отдыхая за скалами, сбегал вниз. Когда добежал до своей машины, включив сразу обогрев, то был уже еле живой... Сделал вывод -- это то, что мне нужно! Замечательно, что кинул якорь здесь, никуда больше не поехав от Байкала. Впечатление от гор было огромное, горы как бы манили, притягивали своей магнетической силой. Общаясь с бывалым людом узнал Виктор, что в мае очень многие люди совершают восхождение на самую высокую точку Восточного Саяна Мунку-Сардык. Обычно восхождение на гору Мунку начинается с 1 мая идёт до 9-го из района реки Белый Иркут, который является притоком Иркута. От посёлка Орлика надо пройти до стрелки -- слияния рек Мугувек и Белого Иркута. Русло реки Мугувек и ведёт к вершине Мунку-Сардык. И только потом он уже узнал, как далеко зашёл в первый раз в городских туфлях и свитерке -- до озера Эхой было далеко.

-- Теперь я могу находиться в местах съёмки в любую погоду, поэтому имею подавляющее преимущество перед другими фотографами, говорит Виктор Золотарёв, демонстрируя теперь мне внутренность кузова своего мини-грузовичка Нисана, переоборудованного под домик на колёсах. Два спальных места, утеплённый короб, печка-буржуйка, прочее самосдельное устройство--его конёк. Замечаю, что сам его домик на Ипподромной имеет вид южного -- облегчённого для быта. Он поправляет, говоря, что внутри оборудована супер печь, автономно могущая давать тепло. Пока же жил на крайнем севере построил себе ещё и дачу--там, где ходят одни белый медведи у самого северного океана -- в вечной мерзлоте. Всё ради рыбалки. Кругом были сотни вёрст и до полутсячи вёрст до Анабара -- ближайшего посёлка. Сейчас говорят и рыбу даже там повыбили. А когда Виктор с семьёй вернулся в родную Иркутскую область с его счетов в начале 90-х исчезло со счетов всё -- успел только купить полуразрушенный остов домика на окраинной Ипподромной улице Иркутска. Тогда пришлось устроиться на завод, чтоб как-то выжить, оборудовать до конца дом. А вот в итоге взяло вверх увлечение юности фотографией -- на старости лет — это стало уже страстью. Когда же появилась первая цифровая фототехника, Виктор воспылал новой страстью.

Теперь можно творить -- может получаться такое же объёмное изображение, какое видит весь здоровый человеческий глаз, а ведь на плёнке запечатлевалось лишь 10% необходимого. А вот фотоальбом, который лежит как образец на выставке в Доме Рогаля, так там в Акинском районе Бурятии потом начался настоящий бум посещаемости туристами--ради этого альбом и печатали. Этим летом в свои 70 лет Виктор Николаевич снимал Мунку-Сардык вместе с женой. Для того, чтобы фото экспедиция стала удачной, там надо практически жить всё лето -- чтобы найти самые удачные минуты. Погодное окно невозможно угадать, просто приехав и взойдя на вершину. А сколько лавин сошло перед самым носом Золотарёвых. Вот, также ж глупо погиб начальник спас отряда МЧС сам и с группой. Пошли на тренировку и не вернулись. Что касается впечатления от самих работ Виктора -- они не проходят очень долго. Масштаб и чёткость, глубина и яркость -- всё это остаётся в вашей памяти навсегда, как будто вы уже ходили в походы вместе с мастером сами.

Снова в горы.  Ак-Баштыг

Из своей третьей поездки в Туву я привёз такой странный опыт восхождения на странную гору. Впервые заехав в Монгун-Тайгу -- отдаленный район Тувы на границе с Монголией и поживя в гостях у тувинской семьи Оюнов мы с моей коллегой из Германии Петрой в предпоследний день пребывания были отвезены главой семейства Орланом на джипе к предгорьям самой заснеженной горы Монгун-Тайги через множество порогов, рек и озер. Тувинцы поехали к своим родственникам на ферму яков, где в юрте живет семейная пара и приручила полудиких яков, всё ещё разводящихся тут в самых естественных условиях. Быки как маленькие человечки -- ростом с карлика, но при этом крепыши -- нам по пояс. Черны в своей свалявшейся шерсти и по-прежнему -- дикари -- не любят смотреть в глаза. Уход за собой воспринимают как насилие -- восьмигранный чудо-забор из связанных сыромятными ремнями жердин с втоптанной внутри ими грязью кажется концлагерем. Но вот последние буйволицы отдоены, вновь родившая буйволёнка мать ни за что не хочет отходить без детеныша вслед за выскочившим махом из загона стадом в луга... Её приходится отгонять и поднимать руки крестом -- то её сразу почему-то пугает, и она идёт. Наконец мы едим то, что производят яки: сверхжирное масло, чай с молоком, немного же неких жирных приправок в виде сметаны: от одной ложки которой хочется всё позабыть. После этого Орлан Оюн отвозит нас к горе Ак-Баштыг -- ещё за километры перед собой делающей наклон земли под углом и предлагает взойти на неё всем желающим -- та даёт много энергии всем её покорившим: недолго думая, с радостью берусь за её покорение... Не ведомо как пройдя ручей с гипер-камнями, в который река то ныряет, то вдруг опять выныривает как зверь-змея из глубины сибирских руд -- только дайте ей взмахнуть в спуске, повороте и яром наклоне. Итак, далее ещё начинается сыпучка -- щебенка ну, никак не утрамбованная ни временем, ни людьми, сплошной выход щебенчатых пород из-под земли -- сколько можно по ним идти! Это очень монотонное и изнуряющее всех занятие -- ощущение, что ты застрял на месте... Вершина -- белая пятиконечная головка горы ну никак не приближается -- хоть разревись. ещё чуть-чуть и нервы у тебя сдадут и ты пойдёшь в обратном направлении не солоно хлебавши... Но какой-то дух упрямства, одержимости и решимости всё равно тебя гонит. Всё равно тобой овладел и кажется, нет ничего, что бы тебя смогло остановить. Это уже так действует и работает эта гора -- ты мой, ты мой, ну как давай -- словно магнит манит. И это как с женщиной -- её притяжение настолько безудержно, что вроде ты всё знаешь, вроде всё понял, вроде всем не до того то сейчас -- но ты прёшь как старый конь по борозде в гору. Зачем и почему -- не то, сможешь или нет -- вот вопрос. Пот и усталость. Холод горы и накрапывающих дождик, много километров щебня, насыпанного под углом в 45*-- всё это монотонно, с виду безжизненно -- ни травинки, ни клочка земли, ни птиц, и уже ни ручьёв -- хотя нет, если очень устав, прилечь на щебень -- воды внутри журчат... гулким эхом преисподней, тянущей тебя не только вниз -- но даже чаще всего и на самую круть. Ещё я духов просил изначально помочь мне дописать наконец «Шаманок степи» -- новую книгу. Видимо они откликнулись, сообща дали добро и решили меня загнать наверх как отца Фёдора. Только вместо его той колбасы у меня была только идейка спасти мир от беспробудного сна... И когда небо уже совсем заволокло, заморосило и мокрые камни стали скользки, а дух мой сник от усталости и дрожи в коленках -- всё это начало не столько пугать, сколько угнетать безнадёгой... Почему и зачем и г лавное -- когда это кончится -- мысли свирепей вьюги стали нападать на меня! И ярая злость прошла -- осталось только недоумение -- как оно меня достало -- гора не даётся -- ну вот, вот она вершинка -- вот признаки начавшейся белой щебёнки -- круть стала тут ещё порезче... Пару раз полежав животом на остром щебне -- и более чем десять раз ссыпаясь с камнями вниз я понял -- хватит дуру гнать наверх -- пора спускаться... Оказалось, что это гораздо труднее вдруг... Никакой хитрый финт -- пойти не чётко вниз -- а как бы наискосок не давался ну никак. А вниз идти было долго-долго, и вдруг найденный рванный рюкзак с кружкой и топором -- кем-то забытым или может и брошенным или даже умершим тут в горах... Символ топора и стальной кружки в обеих руках и начавшаяся уже трава -- сырая и скользкая и тот ручей -- и Петра ждавшая внизу... всё показалось нереальным и неожиданно собранным вместе. А прошло то уже более 7 часов!...

ЧеБулак не шутит

Если бы знать зачем ходить в горы и для чего туда подниматься -- наверное бы и не ходилось... Но! Когда куда зовут--обязательное поеду, пойду, проползу--потому что это колоссальный опыт.

Итак, ехал я как-то стопом то ли на Аршан, то ли в Байкальск и подвозивший меня человек вдруг начал так истово рассказывать о горах на границе с Тувой -- что я понял -- это будет и мой опыт... Тем более что по второй книге о Туве у меня колоссальный недобор информации. Пойти туда -- не знаю куда, напиши то -- не знает ещё никто -- это мой принцип, то ли из детских сказок, то ли бзик. Вообще это очень заманчиво--получить такую помощь на твоём никому не понятном пути вдруг... Вдруг появляется человек -- он говорит тебе то, что ты не можешь сам найти и ещё и ведёт туда... Возможно ищу трудностей, проблем или даже каких-то травм, а может это из прошлых... жизней. Так или иначе -- ощущение того, что тебе даётся тот опыт и те люди встречаются вдруг, которые тебе не просто помогают, а осуществляют твои странные мечты -- оно уже очень давно со мной...

Вобщем не прошло и недели -- как в четыре утра Игорь заехал за мной, и мы быстро поехали в сторону Красноярска. Тысяча километров -- раз, ещё больше трёхсот в тайгу -- два. В горы -- три! В селе Кошурниково что в сторону Курагино, известного направления на Туву нас ждали его родные. Мужчина на пенсии Леонид и его верная жена сразу пригласили нас в баню, а потом ещё к столу... Удивляет, что не смотря на северные окраины, здесь в огороде растёт всё -- арбузищи, помидоры, некий большой то ли цветок, то ли куст -- как рудимент из старых более тёплых времен--шикарно!

Наутро мы осмотрели само село Кошурниково -- названное в честь одного из трёх погибших здесь первопроходцев тайги во время Великой Отечественной Кошурникова, искавших пути в тайге. С тех пор данный населённый пункт стал железнодорожно-транспортной развязкой и оазисом леса. Аккуратность улиц, чистота воздуха, сама звенящая кристальная чистота воздуха и атмосферы -- всё это подчёркивает отдаленность, какую-то особенность и нетронутость места ничем лишним. Тут встречаются переселенцы и из далёкой Абхазии. Здесь есть и улица Высоцкого, тут жива масса людей, нашедших прибежище от пожирающей всех цивилизации -- всё это как модель будущего. Покатавшись по извилистым асфальтным дорогам села, мы на следующий денек пересели на бобик и поехали куда-то в лес. Удивило то, что лесную проселочную дорогу грейдеруют -- надо это кому-то в тайге очень сильно видать -- кажется золотопромышленникам -- работают очень быстро. Наконец первая остановка на мосту в никуда -- подарок местным жителям от военных строителей. Уже который раз забираясь в глушь вроде Кологрива замечаю шикарные прочные мосты через реки тайги, по которым далеко не уехать. Просто если есть река у населенного пункта где-то -- из стратегических соображений её непременно надо сделать преодолимой -- всё может быть в мире. Гигантский бетонный мост через дикую, журчащую внизу речушку -- и ничего за рекой кроме леса. Шум тайги и ощущение того, что ты окунаешься в неведомое и всё же до боли манящее -- то кайф! Зачем мы едя в лес, лезем в горы -- вопрос так и остался открытым. Формально вроде порыбачить ну и как-бы встряхнуться-- но то только так кажется -- на самом деле вопросы каждый решал свои.

Первая остановка у живописного ручья, на достаточно пологом бережке -- открывала вид на лес. Ну и место судя по всему было натоптанное собирателями всего и вся из сёл -- покатый настил от ночных осадков из жердей, почти остывшее костровище с парой сырых огурцов словно нас ждали.  Игорь, взяв бензопилу пошёл в лес, а Леонид с другом Ням-Нямом (назовём его так за прибаутку) стали ловить маленьких хариусов -- я же стал носить берёзовые пеньки к костру и готовить огонь. Когда рыба была поймана и суп-уха из неё сварен, мы разлили местной горилки и закусили враз. Ничего чудесней сидеть у дымящего лесного очага, заедать не остывающей никак ухой с кинутым в неё угольком и плеснутой для вкуса туда ложкой водки, это просто сногсшибательное ощущение   ... Наутро выяснилось -- столько пить чая на ночь нельзя -- вставать приходилось трижды, да ещё и роса тут такая выпадает -- дождя не надо -- мы долго сушились, хотя костёр, благодаря чудо-пиле не гас ни на минуту -- все среди ночи вылезали к нему попеременно подогреться и подсушиться...

ЧеБулак Шутит

Просто подняться в гору и ничего не испытать нереально--для этого надо быть не живым. Любой подъем на достаточную крутую с пересечённым ландшафтом гору--то риск и страх. Именно сочетание опасности травм и преодоление своей лени и адреналиновый запал и есть восхождение. Хотя конечно, очертив в общих строфах общими словами: ничто, не то. Выйдя на лесную дорогу, остановившись в непонятном месте у леса, Леонид скомандовал -- Туда! А это был подъём под 45*и тупо поваленный лес под ногами с густой травой -- так мы шли километра два: как некие беглые зэки, карабкаясь в непроходимую глушь ввысь... Дальше был затяжной спуск под уклон горы в болотистую низину, которая порадовала нас кочками, гнилыми валежниками, сочащаяся отовсюду сырость, да заросли леса повсюду... Самое главное для меня было не ясно: зачем-я-то вот иду тут по данной змеиной сырой заимке!? Это длилось достаточно долго, прежде чем ландшафт внезапно сменился вдруг гигантскими камнями во мхе... Они были настолько разного диаметра, структуры самой своей формы, что привыкнуть к ним как к ступенькам не давалось ну вообще никак--нет. Где-то ползти на четвереньках, где-то шагать, где-то прыгать, где-то думать, как быть ещё. Силы тратятся не как на обычную физическую нагрузку -- а как на то, что постоянно надо переключаться -- самые разные группы мышц, вся невероятная напряженность суставов... Так долго длиться не может: однако ж преодолели к послеобеду три серии таких камней. Вот, казалось бы, вершина уже где-то рядом -- ещё чуть-чуть и откроется её шапка, но нет -- ничего подобного не происходило -- лазя я лезу вверх и в даль, но никак не мог понять -- где же это чёртова высшая точка, только преодолевали очередной порог гор -- как вдруг начинался плавно-невидимый, но бесконечный в своей изнуряющей бесконечности ещё второй и третий, за ним и четвёртый завал гигантских валунов, словно наказание вечный. Вид за спиной открывался не грандиозный, но угнетающий -- бесконечное море камней и лесов -- ведь потом также бессмысленно-бесконечно спускаться всем вниз--а это тяжелей. Так продолжаться не может вечно -- обливаясь потом в двух комплектах термобелья при выше чем за 30* жары в конце августа в Сибири, я решил дальше не гнать баранов в гору. Найдя пологую лужайку среди сосен объявил, что расстилаю свой термо-коврик прям тут. Друзья мои сказали, вроде тоже не могут больше, но отсидевшись с минут десять, они всё же нашли в себе силы и главное мотивацию, залезть ещё выше -- на самую дальнюю круть -- ага, мол, спасибо, с меня хватит: моя позиция не покалечась -- остаться целым в итоге... Зато так здорово и уютно давно-давно не расслаблялся, не нежился в теньке укромной лужайки и не забывался в полудрёме как там -- перед самым ЧеБулаком -- где одни мхи. Слава Богу, не моросило -- иначе бы эти мхи стали настоящей мыльной преградой и даже спускаться оттуда нам пришлось бы дня два, еле-еле ползя ногами вперёд вниз. Но вот по оставленной идеологом подъёма Игорем рации, обозначился как готовый возвращаться -- и то дело, что кому-то наконец хватило ума начать путь домой -- хотя его форма была не очень хороша: до моего привала он уж просто сдыхал, плюс отсутствующее колено у него. Леонид, со своей стороны хоть и пошёл с ним, но на самую адскую круговерть не полез и доложил в итоге, что золотого корня на вершине, за которым он то собственно и лез нету, что для меня было даже в радость -- найди он его -- это бы задержало спуск всех. В итоге мы кое-как спустились, больно, трудно, пот слепил, жажда и жара не спадали. Вышли ещё не в ту сторону, зато когда каким-то чудом добрели до ждавшего нас Ням-Нямыча, просто были счастливы. И когда я ещё на адреналине залез в предзакатно-тёплое мёртвое озеро -- просто кричал от счастья долго-долго, плескаясь с охлаждающих водах как тот ребёнок.

 

 

   Снова у Веры

Заехать в третий раз в Шагонар и погостить с недельку у яркой, доброй, отзывчивой Веры мне помогла на сей раз Петра. Очень хотелось показать ей Туву, заодно познакомить с этой женщиной. Сама природа Тувы с её просторами, сопками, теплым летом и ветром с разнотравьем и создает всемогущий ореол нужности присутствия в ней тебя самого, чаще всего нигде никому не нужного. То дополняется детскими ассоциациями с таким же точно ярым климатом, но чуть более плоским ландшафтом, чем в казахской степи – те ж травинки, пыль дорог та, твёрдость почвы, ярость ветра. Бродить по этой странной, но точно не равнодушной к тебе республике – где ты не можешь затеряться ни в толпе, ни в сырых мутных просторах вдвойне интересно – отношения к тебе людей самые противоположные. От желания ощипать – до полного приюта, от алчности до бескорыстия. И это тоже очень нужно душе – ощутить на таких качелях то, кем же ты являешься на самом деле... Пройти по полной шкале отношений—от кидалова до самого настоящего нахождения себя здесь. Настоящая жизнь. В городах ныне многие застревают на фазе кидалова и ненависти к себе – и так и живут – бродя от одной такой работы до другой и везде получая дерьмо вместо денег, портя свой вкус к жизни калом, которым люди так часто любят заменять нал – потому что безнаказанно. Никто никого не застыдит, не привлечет к суду – не найдет управы – только ходить и охать будет. И многие, очень многие мои друзья так и живут – от кидал к кидалам бродят и ещё их ублажают. Задаром, разумеется, не понимая природу человеческих отношений – если раз халява катит, чел всегда будет искать идиотов, которые будут ему служить безвозмездно – это сильно развращает. Могу рассказать массу историй из своей практики, когда помогай человеку бескорыстно долго и верь в него и старайся – а он просто глумится над тобой и в глаза, и за глаза просто презирая... И что остаётся? Да просто не вестись на то, чтобы быть во что бы то ни было... хорошим человеком. А многих так воспитали – именно работать за идею, выполнять свой долг, стараться помогать...  Выслуживаться перед гипотетически строгим родителем. Такова бессознательная программа. И она очень сильна. Угодить старшему! Во что б то ни стало сделать дела – не важно, как воспримут. Главное оказаться хорошим мальчиком в своих глазах и поверить, что всё будет хорошо в итоге... Но как ни старайся – мир перенаселен манипуляторами, провокаторами, кидалами-грабителями – просто ворами твоей энергии. Тупо вестись на обещанную зарплату или сказочное гостеприимство или супер посулы после того как... ты всё для них сделаешь – но такого никогда не происходит... и твоя энергия утраченных надежд ложится болью и мукой только на твою душу – и везде оно так. И никто тебя не выручит, не утешит, не поймёт, не приютит просто так – пока ты в той же программе. Но чтобы избежать блужданий в трёх соснах «Я хороший – люди такие» надо просто уйти далеко... Не многим это дано. Чтобы выйти из рабства рутины нужна только решимость.  Время и деньги вот что кажется дефицитом. Но это всё не так. Только отчаянный поиск других отношений даёт шанс успокоиться, пересмотреть модель своих отношений с миром и вернуться обновленным. Ради этого я и езжу каждое лето автостопом в неизвестные и совершенно дикие края. И нахожу в пути ответы на все, все и ещё раз повторю все свои вопросы в реальности – в людях и просторах. Потому что ты попадаешь в совершенно новые ситуации и выход из них ищешь по-другому... Быть же вечно в одном дне сурка и верить, что вот ты натужишься, наденешь новую рубашку, съешь супер салат и так сказочно выложишься --- что всё и вся вдруг изменится в твою пользу – это бред. Бред – моя обычная жизнь с повтором каждого дня из года в год в серию ударов волны о камень. Если не бояться дискомфортных отношений к тебе и нагрузки своему телу – всё быстро меняется в сторону осознанности своих сновидений. Ведь чем больше я живу, тем чётче вижу те сны, в коих живут многие люди – дом и работа, как Соддом и Гоморра, но вот движется кто-то, пора сушить вёсла. Всё неспроста, всё очень просто – одни взгляд, один жест и одна мысль меняют весь сон. Помните сны? Малейшее изменение мысли и сценарий катастрофы или отчаянья подвергается мгновенной метаморфозе – вы тут же всё меняете в долю секунды – стоит догадаться и всё иначе. Так вот и тут – в этом вашем сне – где вы читаете эту записку бродяги, прошу одуматься и выйти из строя вон и сесть на массажный стул или кресло-трон и помедитировать, подышать пранаяму и понять – только вы сами виновник своей несчастной жизни. Никто не заставляет вас страдать. ... Все, все, ну все долговые обязательства, решения ходить на работу где вы хуже чёрта в аду, или просто собаченье с самыми близкими – это ваш дурной сон, в котором пока вы спите и не хотите всё осознать – таким кошмаром, длинной на множество долгих, бессчётно долгих дней оно будет.

Конечно, мир не однороден и не везде одно и то же самое... Везде всё и все разные, но свою же модель самомотивации, пусть ложной, но по-вашему только лишь вашей вы принесёте с собой.  Сколько вижу моделей боли и муки – они все зациклены на чём-то нелепо-неубедительном для других – будь то семейный долг, непонятно кому нужное творчество, желание быть хорошеньким – всё это звенья одной цепи – и цепь эту человек кует сам и сам в неё на всегда влезает и по уши...  Никто не должен быть хорошим. Никто и никому ничего не должен доказывать. Если это не нужно – но если вы считаете – что ещё сто тысяч таких же точно дней и ситуаций вам к лицу – мучайтесь!! Боритесь за то, чтобы внушить какой вы хороший, как вы всё хорошо можете сделать – мучайтесь! Ничего личного – просто старайтесь ничего нового не изобретать – давите на эту кнопку как крыса! Боль – это же адреналиновый наркотик. Спортсмены от наркоманов отличаются только внешне, та же биохимия – но одни растягивают удовольствие от порно-брусьев, рвущих их связки, а другие то – но сидя в тени акаций под деревом банана мечтают лишь о том, как всё будет круто уже завтра... А сегодня одна и та же химическая вспрыска, доводящего до умопомрачения адреналина в кровь. Боль от жизни – горечь каждого дня от гнусной рутины то же самое – с тем же результатом ломок. Ничего личного – просто вы тащитесь на работу как нарк за дозой, как спортсмен за своим шоком – только вот кайф или удар вы получаете от шалых коллег или ошалевших домочадцев – ваш бой. Конечно всё это полная чертовщина, скажете уже вы, ну нельзя же всё сводить к одним острым ощущениям от жизни – но кто их не ищет? Да они всех настигают – яды-эмоции – не спрячешься. Вот я, например, работаю ногами – а иногда и головой... как футболист, например. Но и голы есть! Их я забиваю не воображаемой команде соперника – а вам – прямо в голову – пиная шарик идей. И пусть этот мяч бывает часто и мимо ворот – потому что всё это лишь плоды моего ума, но ведь вы понимаете, о чем я писал выше – поиск острых ощущений, стыда, мучений, дискомфорта – всё это шок конечно, но уверен – вы любите его больше покоя, свободы, природы – вы это находите! Ничто не может этот цикл изменить –только общение с духовно-развитыми людьми даст шанс... Но вы его вряд ли используете – кому надо так рисковать – вдруг дома забудут, с работы уволят?? Вот и выходит – вы наркомано-спортсмены, бизнесмено-айкидошники, нудящие о том, как бы больше заработать, и при этом так заброшенно-опустошенные, что мама-моя психиатр ждет вас. Она сразу пинает вас по голове своей адской атакой – вы даже улыбнуться перед этим не успеете – просто отдадите ей всю энергию, или деньги что заработали таким трудом или все свои мечты. Она их возьмёт конечно: ни-пол-слова благодарности – один бред ярости и чудовищный диагноз.

И вот после этого я выхожу из этих чёртовых личин, в которые прячется каждый эмоционаркоман – становлюсь свободным и утешенным осознанием всего. Конечно не без помощи добрых людей. Но чтобы тебя правильно поняли и приняли те же мудрые люди, могущие всё понять и принять ты сам должен быть готов к переменам – а не искать у каждого столба 220 Вольт для своего безумия. Конечно, работать надо – надо помогать людям, трудиться и делать мир лучше. Но если вся твоя жизнь – а я её всю и описал на этих двух страницах такова в точности – задумайся ты не спишь? И если это сон длинною во всю твою маленькую и странную жизнь – не пора ли проснуться и жить?  Никаких советов нет и быть не может. Сам был такой – до позавчера. А теперь я принял решение. И мне будет не так больно от тех граблей, что я ещё поймаю – но уворачиваться то уже научился...

Если завершать очерк тем с чего начал – кратко опишу день предыдущий. Мы с Петрой просидели полдня на берегу Малого Енисея – Улуг-Хема и помедитировали – каждый о своем... И небо было за нас и даже дым от костра, который разожгли сердобольные тувинцы, чтобы отогнать нас от них – тоже был вначале шоком – обидно же – мы же в гостях в этом мире – но потом пришла радость!!

 

 

Поделиться

Коментарии

Оставить коментарий

Поля отмеченные * обязательны. HTML тэги отключены.
Картинка